Интервью главного редактора с Наталией Александровной и Василисой Николаевной Карповыми, авторами проекта «Небесные покровители»
Сергей Сохранский: Наталия Александровна, как руководитель проекта «Небесные покровители» расскажите, как родилась идея этого проекта и о творческом коллективе, который этот проект реализовал.
Наталия Карпова: Я активно работающий профессиональный скульптор, причем последние 20 лет значительное место в моем творчестве занимает православная тематика. В начале двухтысячных годов в рамках конкурсного проекта я сделала модели медальонов с изображениями святых, и эта тема – рельефные изображения святых – давно ждала своего развития. Кроме того, я педагог, доцент кафедры графики и скульптуры Института Художественного образования РГПУ им. А.И. Герцена.
Что касается творческого коллектива, выполнившего художественную часть проекта, то в него также входят Ксения Кряжова и Василиса Карпова – молодые талантливые скульпторы, мои бывшие студенты. Их творчество также во многом связано с православием. Дипломная работа Ксении, выполненная в Академии художеств, – многофигурная композиция «Мученики земли Пермской», а памятник Преподобному Гурию Шалочскому за ее авторством установлен в г. Бабаево Вологодской области. Василиса – постоянный участник выставок станковой скульптуры. Тема ее дипломной работы – Сергий Радонежский. Она не только талантливый скульптор, но и очень деятельный человек и хороший организатор. Без нее и ее энергии этот проект не состоялся бы. Она – моя дочь, и мне было очень интересно и комфортно с ней работать.
Сергей Сохранский: Василиса, как мне рассказали, социальная составляющая грантового проекта была предложена вами. Как вы пришли к этому?
Василиса Карпова: Мы с Наталией Александровной давно думали о реализации проекта, который был бы творческой скульптурной инициативой и в то же время был включен в социальную сферу. Поэтому, когда несколько лет назад Ксения показала нам снимки из галереи Уффици, где она впервые столкнулась с тактильными копиями шедевров живописи, нас очень заинтересовал этот вариант, поскольку он давал нам возможность и приложить свои профессиональные знания, и сделать вещи, имеющие не только творческое, но и практическое значение.
Тема проекта была предложена Наталией Александровной, которая ранее уже работала над рельефными изображениями святых. Мы понимали, что проект будет сложным, требующим тесного сотрудничества как со специалистами по инклюзии, так и музейными специалистами. Мы долго не решались подать заявку на грантовый проект. Только после того, как я поучаствовала в роли приглашенного эксперта в двух грантовых проектах в Мурманске, я смогла помочь Наталии Александровне оформить нашу концепцию, и в прошлом году мы подали заявку на грантовое финансирование, которое в результате получили.
Сергей Сохранский: Тактильные копии произведений живописи для незрячих и даже тактильные копии скульптурных произведений – это вещи, весьма отличные от реализованных в вашем проекте авторских тактильных картин, о которых лично я раньше не слышал и которых раньше не видел. Расскажите, как вы пришли к идее тактильных картин.
Василиса Карпова: Как профессиональные скульпторы, мы внимательно отслеживаем новые применения художественных практик. Естественно, когда в информационном поле появилось само понятие тактильных картин, мы не могли это пропустить. Но мы не могли и не отметить, что во всех известных нам примерах скульптор как автор фактически был не задействован – он выполнял модельные работы по образцам мировых шедевров.
Более интересными, с нашей точки зрения, стали проекты в которых посетителям позволялось тактильно воспринимать авторские скульптурные работы или их копии.
Я давно заинтересовалась вопросом тактильных картин. Как скульптору, мне это было очень интересно. Сначала я изучала вопрос по фотографиям, потом в российских музеях появились уже тактильные копии, к которым я могла прикоснуться и посмотреть. Но практика тактильных копий предполагает, что они в первую очередь именно копии, скульптурная пластика несет исключительно техническую нагрузку. Тактильные копии живописных произведений не используют скульптора как творца, они используют его как ремесленника, как копииста.
Анализируя доступные мне тактильные изображения, имеющие отношение к произведениям искусства, я поняла, что все, что я вижу, зачастую ближе к тактильным пособиям, чем к художественным произведениям. Художественная ценность приносится в жертву практичности тактильного восприятия, даже если это копия живописного произведения. В процессе тактильной адаптации живописи идут огромнейшие потери с эстетической точки зрения. Дело не только в том, что теряются какие-то специфические составные части живописного произведения, а само пластическое решение тактильной копии не передает очарования живописного полотна.
Картина – это не только рассказ о сюжете и условное изображение фигур, где детализация приносится в жертву схематичности. Живописная композиция – это сложный конгломерат, в котором на равных правах участвуют не только объемы, которые можно выразить в тактильной копии, но и светотень, теплохолодность, колорит, специфика письма автора, которые невозможно перевести в тактильный вид. Лишившись этого, шедевр живописи в тактильном воплощении превращается в свою тень.
Понятно, что существует специфика тактильной адаптации, которая предполагает тактильную четкость контура, жертвование детализацией ради выявления целого, уменьшение количества мелких деталей, чтобы незрячий человек не путался тактильно. Но хочется же дать не только иконографическую информацию, получается, что мы подводим человека к тактильному изображению, говорим, что это копия шедевра. Но что в нем шедеврального, тактильным способом мы объяснить не можем.
Мы хотели, чтобы в результате нашего проекта были созданы именно самостоятельные художественные произведения, которые не потеряют своей ценности при тактильном восприятии. Оперируя художественными образами и скульптурной пластикой, мы хотели создать авторские рельефы, адаптированные для незрячих. Дать пищу образному мышлению зрителей.
Наталия Карпова: Наш проект носит творческий характер. Мы хотели, чтобы художественная ценность и тактильный комфорт дополняли, а не противоречили друг другу. Мы поставили перед собой задачу передать для незрячих тактильность именно скульптурной формы, ведь скульптуру возможно осязать в отличие от картины. Скульптор, на самом деле, очень близок к незрячим – он работает и чувствует на ощупь.
Для опытного скульптора тактильное восприятие так же важно, как и зрительное. Работая над скульптурой, ты постоянно касаешься ее, проверяешь объемы, зрительная часть только помогает слегка, просто для коррекции ошибок. Но всё делают руки. Поэтому для незрячих именно скульптура, как вид искусства, позволяет почувствовать образ, который изображает художник, непосредственно тем же способом, которым этот образ и создавался.
Сергей Сохранский: Наталия Александровна, расскажите о трудностях, с которыми вы столкнулись в процессе работы.
Наталия Карпова: Для нас он оказался, пожалуй, более сложным, чем мы предполагали. Существующее привычное стремление к схематизации и обобщению форм, понятное в тактильных изображениях, используемых в качестве различных тактильных пособий, не могло не противоречить пластическому богатству художественного рельефа.
На первых этапах работы было трудно найти баланс между рекомендациями наших консультантов по тактильному восприятию и основной целью проекта — сохранить художественное наполнение образов, не пойдя по пути излишнего упрощения и схематизации. Изначально мы и так были вынуждены отказаться от многоплановости, сложного наложения фигур, поставив акцент на выразительные силуэты, сформировали максимально высокий рельеф. В процессе работы нам пришлось расстаться с огромным количеством фоновых элементов, которые работали на раскрытие образа, тактильные панно стали лаконичными, с доминантами фигур героев. Мы поняли, что тактильное восприятие – вещь очень индивидуальная и зависит не только от тактильного опыта зрителя, но и от багажа его знаний и интереса к художественному творчеству.
Сергей Сохранский: Не могли бы вы объяснить, чем тактильная картина отличается от художественного рельефа.
Наталия Карпова: Если кратко, то отличие в том, что художественный рельеф рассчитан на визуальное восприятие и не рассчитан на тактильное восприятие незрячими, а тактильная картина изначально создается с учетом как ее визуального восприятия, так и тактильного восприятия слепыми и слабовидящими людьми в качестве обязательного условия. Если бы речь шла о серии художественных рельефов на аналогичную тематику и сюжеты, мы бы все-таки иначе подошли к композиции, детализации и перспективе.
Для нас ориентация на тактильное восприятие – это дополнительные рамки, в которых надо решить художественное произведение. Любое скульптурное произведение, имеющее целью не только самовыражение автора, но и практическую задачу, реализуется с учетом заданных условий будущего использования. Скульптура на крыше должна выразительно смотреться не с уровня глаз, а с сильного ракурса; в контактной скульптуре для детской площадки на первый план выходит техническая надежность; рельеф для медали должен быть очень
низким.
При создании наших тактильных картин мы решали определенные творческие задачи с учетом их восприятия и визуального, и тактильного, и, надеюсь, решили достойно. Возможно, сейчас, когда мы во многом разобрались и работа практически завершена, я бы назвала наши произведения «авторскими тактильными панно», так было бы точнее.
Сергей Сохранский: Наталья Александровна, расскажите, исходя из каких критериев вы выбирали героев своих тактильных панно.
Наталия Карпова: Героев проекта «Небесные покровители» мы рассматриваем в таком пространстве, как вся история России, а поскольку она неразрывно связана с православием, мы ищем и находим там образы, которые дают нам возможность понять, что главное в нашей истории. А главное – это объединение, защита и труд таких разных людей – мирян и священников, аристократов и крестьян. И среди тех из них, кого после смерти канонизировали, мы обнаруживаем людей, проявивших невероятную гражданскую ответственность, которые лишили себя, своих, может быть, родственников каких-то благ, но выполнили свой долг, и профессиональный, и христианский, очень ответственно, и не старались нажить для себя каких-то богатств, отдав все свои силы служению церкви и людям.
На первоначальном этапе нам было очень сложно определиться с выбором героев наших тактильных панно. Разумеется, были образы, которые мы не могли обойти вниманием, такие как Св. Александр Невский или Св. Сергий Радонежский. Но история православной церкви богата на подвижников, которые посвятили свою судьбу не только служению Господу, но и родной стране. И нам было очень сложно выбрать из числа исторических персонажей всего восьмерых. Критериев выбора было несколько: персонажи сюжетов должны, разумеется, принадлежать к лику святых, быть православными, рожденными на земле русской, не только иметь значение для православного мира, но и иметь влияние на историю и развитие Российского государства и, по возможности, иметь отношение к разным регионам страны.
В результате в наш проект вошли Св. Александр Невский, Св. Дмитрий Донской и Св. Воин Феодор Ушаков – воины и защитники земли русской; служители церкви, несущие свет просвещения на окраины Московского княжества, а потом и Российской империи, – святители Стефан Пермский и Иннокентий Вениаминов; Св. Лука Крымский – священник и врач-хирург, обративший всю свою жизнь на благо людям, Св. Герман и Савватий Соловецкие – отшельники-созидатели, чье подвижничество положило начало Соловецкому монастырю, форпосту России на беломорских рубежах, и Св. Сергий Радонежский, с именем которого связывают нравственное возрождение русского народа.
Сергей Сохранский: Расскажите, когда и где можно будет ознакомиться широкому зрителю с вашими авторскими тактильными панно, созданными в рамках проекта «Небесные покровители».
Наталия Карпова: Всего создано пять идентичных авторских комплектов наших тактильных картин. Первая выставка проекта тактильных картин «Небесные покровители» откроется 15 ноября в Санкт-Петербурге в Государственном музее истории религии. Остальные четыре комплекта, дополненные аудиогидами с записанным текстом профессионального тифлокомментария, будут направлены в Пермский край, Великий Новгород, Мурманск и Иркутскую область, где они будут экспонироваться под патронажем наших партнерских организаций.
Сергей Сохранский: Я поздравляю вас и всех участников проекта с успешным завершением большой и сложной творческой работы, в результате которой созданы высокохудожественные скульптурные произведения, посвященные русской истории, предназначенные как для визуального, так и тактильного восприятия, что делает их доступными в том числе для слабовидящих и незрячих граждан. Спасибо вам за вашу работу!
Наталия Карпова: Я должна добавить, что активными участниками проекта, без которых он не состоялся бы, стали наши консультанты Ия Евгеньевна Ростомашвили, кандидат психологических наук, доцент Института специальной педагогики и психологии; Виктория Владимировна Сперанская, заведующая издательским отделом СПб ГБУК «Государственная специальная центральная библиотека для слепых», специалист в области тифлографики, тифлокомментатор высшей категории; Юлия Валерьевна Вдовиченко, заведующая центром музейной инклюзии Государственного музея истории религии, и скульптор, куратор технической части реализации проекта Дмитрий Александрович Федин. Их работа тоже носила творческий характер, так как задачи, совместно решаемые в проекте, были новыми абсолютно для всех его участников.
