Ю.В. ШУМОВА, кандидат юридических наук, доцент Южно-Уральского государственного университета, президент Автономной некоммерческой организации «Центр внедрения и развития инклюзивных технологий», Челябинск
На протяжении более семи лет я обдумывала и по крупицам формировала проект системного обучения людей с различными формами инвалидности яхтенному делу. Тем более что по личному опыту я знала, что люди с инвалидностью могут преуспеть в парусном спорте и стать успешными яхтсменами.
Мой путь в парусный спорт начался в 2015 году, когда я узнала, что на Урале реализуется социально ориентированный проект, в котором люди с полной потерей зрения заходят на яхты и стремятся занять свое место в команде. Правда, место в команде было понятием весьма условным. Например, осыпать капитана вопросами, что и для чего. Потянуть малопонятную веревку, сделать фото на память и проститься с новыми знакомыми до следующего года.
С первых же минут мне на душу мягкой волной легли ценности моряцкой культуры: повсюду образцовый порядок, моряк в трудные минуты находчив и терпелив, каждый член экипажа хорошо выполняет возложенный на него функционал, на борту царят единоначалие капитана и взаимовыручка. Мне не хватало только времени как следует изучить структуру судна, такелажную работу и на уровне профессиональных моряков участвовать в навигации.
Мероприятия, в которые я с радостью включилась, длились по нескольку дней и проходили в форме фестиваля. Фестиваль – это праздник с элементами шоу, а мне не хватало простой рабочей рутины, которая научит меня быть настоящим моряком. Для этого нужен был совсем другой подход. Чтобы накопить знания, сформировать навыки, нужны систематические занятия. Вот тогда я и загорелась идеей открыть инклюзивную парусную школу, где наравне со всеми будут обучаться люди с инвалидностью. Оставалось собрать единомышленников, сурдо и тифлопедагогов, обучить инклюзивному взаимодействию тренерский состав, сформировать волонтерский корпус, найти высокомотивированные партнерские организации и, конечно же, найти для этого деньги. Началась кропотливая работа по всем этим направлениям.
Чтобы лучше понять все стороны начатого мною дела, я стала заявляться в качестве спортсмена на обычные регаты, где была единственным участником с особенностями здоровья. Данное обстоятельство порой шокировало организаторов гонок, и они теряли дар речи. Были и такие, которые, напротив, со всем азартом включались в процесс подготовки незрячей спортсменки и громко предупреждали соперников, кто против них выступает. Помню флотскую гонку на Сенежском озере. Капитан трясущейся рукой ведет меня к яхте, моряки неодобрительно гудят. Ответственность колоссальная. Мало того, что я должна показать мастер-класс, так еще убедить всех, что могу не только я, но и такие, как я, тоже могут.
После первой тренировки напряжение, как правило, спадало, и экипаж погружался в обычный тренировочный процесс. Только я все время находилась в активной внутренней работе. Ведь только мне были известны все параметры моей цели. Нужно было сломать стереотипное представление о роли инвалидов в обществе, на себе проверить и испытать трудности инклюзивного взаимодействия, ответить на вопрос, какая роль в экипаже по силам незрячим, глухим, людям без рук и на коляске.
Позднее я начала включаться в экспедиционные команды, которые пересекали на парусном судне несколько морей. Первый год был особенно трудным. Мучила морская болезнь. В условиях постоянной качки приходилось учиться выполнять поставленные капитаном задачи: драить палубу, работать на камбузе, нести вахту, выполнять такелажную работу. Но уже на следующий год я настолько осмелела, что сама возглавила инклюзивную экспедицию. Так на борт зашли три незрячих матроса, человек на коляске и беспалый фото и видеооператор.
Помню случай, когда перед самой отправкой позвонил молодой человек. «Понимаете, – дрожащим от волнения голосом сказал он, – я на инвалидном кресле передвигаюсь. Мне даже в самых смелых мечтах не пригрезится путешествие с вашей командой на яхте. Я знаю, что абсолютно не гожусь на роль моряка, однако, может быть, вы позволите мне физически прикоснуться к вашей чудесной инклюзивной яхте? Пожалуйста, разрешите приехать проводить вас». Вот, подумала я, этот высокомотивированный парень может провести для нас всех свой мастер-класс. И мы его взяли в команду. У Дмитрия, так звали нашего нового знакомого, оказались сильные руки, и мы определили ему роль шкотового матроса. Он все время улыбался и зажигал весь экипаж лучиками счастья, а вечером после дежурства на камбузе незрячие ребята достали гитару, и мы запели.
Вахта на судне – четыре часа. В каждой смене по три человека: рулевой, помощник рулевого и баковый матрос. Дежурства сменяются по звону склянок. Моей задачей организатора было создать комфортные условия сосуществования инвалидов со здоровыми моряками, наладить между ними эффективное взаимодействие, следить за тем, чтобы все справлялись со своими обязанностями.
Все наши инклюзивные экипажи формировались по формуле пятьдесят на пятьдесят. Именно она и легла в основу создания экипажей нашей инклюзивной парусной школы. Сегодня это происходит так: два человека с инвалидностью, два человека без физических ограничений и профессиональный рулевой. Обучение длится с января по сентябрь. Теоретический блок завершается экзаменом, который проходят не все. Практический блок состоит из занятий по технике безопасности, тренировок и детального изучения такелажного дела.
Тренировочный день яхтсмена начинается со снаряжения яхты, выхода в Финский залив и отработки навыков управления парусным судном. Каждый матрос должен быть на своем месте. Например, у незрячих отлично развиты тактильные ощущения, они, при должной тренировке, хорошо щекой чувствуют ветер, поэтому им доверено управление стакселем и основным парусом. У глухих очень хорошо развита внимательность к визуальным деталям, поэтому они отлично справляются с ролью бакового матроса, задачей которого является своевременная помощь с запутавшимися снастями, тонкая настройка парусов, которая производится по внешнему виду паруса.
Согласно нашей учебной программе в сентябре – итоговая регата. В нашей философии нет места для понятия «адаптивный спорт». У нас инклюзия, то есть обучение по адаптированной программе, с привлечением соответствующих специалистов, а соревнования проходят в обычных условиях и по стандартным правилам.
Остановлюсь на двух частных вопросах, без решения которых проект бы не состоялся. Первый – о финансовой и организационной поддержке. Когда сложилась общая концепция создания инклюзивной парусной школы, я приступила к поискам спонсоров и партнеров. Парусный спорт требует больших денежных вложений (аренда яхт, зарплата рулевым, педагогам и т. д.). Начались долгие поиски, год, второй, я заявляла свой проект на разные конкурсы, но каждый раз не хватало двух баллов, полбалла до полной победы. Я не опускала руки, потому что точно знала, что занятия парусным спортом – сильнейший толчок для изменения социальной роли людей с инвалидностью. Однажды, влюбившись в паруса и научившись управлять стихией, люди по жизни расправляют плечи и чувствуют себя уверенней.
Победа пришла в марте 2022 года. Наша Автономная некоммерческая организация «Центр внедрения и развития инклюзивных технологий», президентом которой я являюсь, стала победителем грантового конкурса «Сила спорта», проводимого Благотворительным фондом Владимира Потанина. Кроме того, мощную ресурсную поддержку оказывают наш генеральный партнер – АНО ДПО «Навигацкая Школа» и дополнительный спонсор – производитель мороженого компания «Чистая линия».
Второй вопрос – о соратниках и помощниках. Как и в любом искренне начатом деле, в школу магнитом потянулись мотивированные люди, которые встали рядом со мной плечо к плечу, поверили в этот проект и полюбили его не меньше, чем я. Так, одной из первых к моей команде присоединилась Анна Богдан, педагог-организатор школы №340 Невского района* (на фото), которая взяла на себя функцию координатора волонтерского корпуса, а также тифлокомментатора. Под ее чутким руководством незрячие спортсмены учились снаряжать яхту.
Еще одной моей помощницей стала студентка Института МЧС России Вероника Фалюкова. Ее главной задачей стало обеспечение безопасности людей с инвалидностью на пирсе и безопасная переправка незрячих на борт яхты. Вероника стала нашим береговым ангелом хранителем. Сурдопедагог Кристина Моисеенкова, включившаяся в работу с полной отдачей, стала коммуникативным мостиком между тренером и глухими ребятами. Потом Кристина рассказывала о сложностях работы сурдопереводчика во время сильной качки, когда нужно держаться и в это же самое время активно жестикулировать.
Не могу не упомянуть Алексея Монахова. Это еще один наш волонтер, который взял на себя функцию пресс-секретаря. В нашем деле важно расширять информационное поле, чтобы как можно больше людей узнали о нас и при желании попробовали себя в качестве яхтсменов.
Подводя итоги первого учебного года, отмечу, что теоретический блок успешно освоили 56 потенциальных спортсменов, а до выпуска дошли 32, половина из которых – это люди с нарушенным слухом, зрением и соматическими заболеваниями.
В итоговой открытой регате, которая состоялась 18 сентября помимо наших спортсменов, были яхтсмены из Латвии, Калининградской, Ленинградской, Псковской, Челябинской областей. Всего – 40 человек, восемь инклюзивных экипажей.
Навигация 2022 года завершена, но занятия в школе продолжаются. Сейчас спортсмены проходят курс общей физической подготовки, а с января 2023 года первокурсники начнут изучать теорию яхтенного дела, а второкурсники готовятся стать их наставниками. В мае первокурсники сдадут экзамен, и начнутся регулярные тренировки. Сформированные навыки управления парусной яхтой ученики школы смогут продемонстрировать на итоговой регате сезона 2023 года, запланированной на сентябрь.
* О других сторонах деятельности Анны Богдан рассказывается на страницах…этого номера.
